Бесплатный конструктор сайтов - uCoz Дома в Санкт-Петербурге - РАБОЧИЕ ЖИЛМАССИВЫ

Меню сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

 РАБОЧИЕ ЖИЛМАССИВЫ 
Районы Санкт-Петербурга Серии домов
  ПЕРЕУЧЁТ / РАБОЧИЕ ЖИЛМАССИВЫ
    
    В 1920-х годах в нашем городе появилась совершенно новая система застройки бывших рабочих окраин. Уровень их благоустройства до тех пор был очень низким, и первые ленинградские жилмассивы были призваны ликвидировать нехватку жилья и превратить мрачные заводские окраины и фабричные заставы в высоко благоустроенную среду для проживания нового человека. Создание жилых массивов стало главнейшей социальной и политической задачей, к выполнению которой были привлечены лучшие зодчие города. При Губпрофсовете и Губоткомхозе были образованы Комитет содействия рабочему жилищному строительству и строительная организация Стройком с проектным бюро. Главными архитекторами бюро, возглавляемого Г. А. Симоновым, стали А. И. Гегелло, А. С. Никольский, Л. М. Тверской, Д. П. Бурышкин.
     Задача оказалась очень непростой — следовало полностью преобразовать огромные территории, по общей площади сопоставимые с целыми городами. Работая над проектами, архитекторы изучали опыт зарубежного строительства. Архитектор А. И. Гегелло, один из авторов (совместно с А. С. Никольским и Г. А. Симоновым) знаменитого жилмассива на Тракторной улице, в своих воспоминаниях указывает, что его коллеги по проектному бюро Стройкома — Г. А. Симонов и Л. М. Тверской — в середине 1920-х годов ездили в специальные командировки в Германию и Швецию.
     Помимо жилых домов в структуру комплексов включались учреждения соцкультбыта (прежде всего школы и детские сады).  Обязательным условием было благоустройство внутриквартальных пространств, дворовых территорий. Жилмассивы, как правило, строились на землях, непосредственно примыкавших к крупнейшим заводам и фабрикам. На рубеже 1920–1930-х годов ленинградские жилмассивы представляли собой качественно новый тип городской ткани. Современные многоквартирные многоэтажные дома, сгруппированные не рядами вдоль улиц, а свободно собранные вокруг широких дворов с обилием зелени и свежего воздуха, демонстрировали новаторство авангарда — архитектуры, радикально отказавшейся от всех наработок прошлого.
     Одним из первых жилмассивов Невского района стал построенный в 1925–1928 годах Палевский жилмассив на проспекте Елизарова, № 8, признанный впоследствии памятником архитектуры федерального значения. Другое официальное название — РЖСК «Володарский металлист». Его авторами были архитекторы А. И. Зазерский и Н. Ф. Рыбин. 24 января 1925 года Комитет по содействию жилищному рабочему строительству объявил конкурс на проектирование жилмассивов для нескольких крупных участков, располагавшихся в промышленных районах города. В Володарском районе для конкурса были выбраны участки вблизи Палевой улицы (Палевский участок) и у пересечения проспекта Села Смоленского и Московской улицы (нынешних площади Культуры и улицы Ткачей). В формировании комплекса получили отражение новые градостроительные принципы, новые приёмы в объёмно-планировочной структуре домов-коттеджей. Подобно А. С. Никольскому и Г. А. Симонову, также строившим жилмассивы для рабочих, Зазерский и Рыбин создают ансамбль из домов с простыми, вытекающими из планировки гармоничными формами. Большие внутриквартальные пространства сразу придали жилмассиву особую привлекательность. Несомненно, в этой работе отразился опыт Зазерского, не только архитектора, но и инженера, в 1910-х годах построившего в Петербурге ряд крупных многоквартирных кооперативных домов с дворами-курдонёрами и усовершенствованными системами отопления, вентиляции и канализации.
     Недалеко от Палевского жилмассива строился ещё один жилой комплекс — «Текстильщик», в котором наиболее интересен профилакторий (пр-т Елизарова, № 32). Его здание построено в 1927–1930 годах по проекту в будущем знаменитых архитекторов ленинградской школы зодчества Л. В. Руднева, Е. А. Левинсона, И. И. Фомина, Я. О. Свирского, О. Л. Лялина. Из большого жилмассива, который по эскизному проекту застройки квартала должен был занять обширную территорию вокруг профилактория, реально почти ничего построено не было.
В первых жилых массивах Невской заставы ярко отразилась эпоха созидания, когда на смену устаревшим стилям и направлениям пришёл конструктивизм. Главное в этих домах — пропорции, соотношения объёмов и плоскостей, проёмов и простенков, высоты и длины. Один из идеологов конструктивизма В. В. Маяковский справедливо отметил, что этот новый стиль вывел Россию на передовые позиции в европейской архитектуре и культуре в целом.
     Ещё один крупный жилмассив был построен в 1926–1927 годах на улицах Ткачей (дома № 8–38, 58–68) и Бабушкина (дома № 18, 20, 23, 25). Его авторы — Д. П. Бурышкин и Л. М. Тверской. Главным звеном стала площадь, образованная пересечением двух улиц, застроенных невысокими домами. Отметим, что в пределах одного стиля — конструктивизма — зодчие сумели найти разнообразные решения. Необычная планировка жилого массива, выполненная Л. М. Тверским, балансирует на грани между традицией и новаторством, демонстрирует увлечение автора набиравшей популярность с конца XIX века градостроительной концепцией города-сада. Эта утопическая планировочная идея, развитая английским теоретиком Говардом, послужила основой для такого архитектурного направления, как дезурбанизм, который в 1920-е годы противопоставлялся урбанизации — концепции уплотнения и стремительного роста городов. Лев Тверской проектирует принятую в английском градостроительстве эпохи классицизма полукруглую озеленённую площадь, трассируя через неё три расходящихся луча новых улиц. При довольно традиционном характере начертания в рисунке плана застройки уже чувствуется стремление к зарождающейся авангардной экспрессии. Раскрытые уступами к улице Ткачей жилые корпуса формируют достаточно динамичную, визуально и эмоционально напряжённую композицию. Утопающая в зелени невысокая застройка реализована в соответствии с требованиями конкурса Комитета по содействию. Это двух-, трёхэтажные компактные домики со скатными крышами, балкончиками, невысокими потолками и небольшими квартирками внутри. Некоторые дома соединены арочными вставками, внутри которых в два яруса располагаются открытые лоджии и кладовые. В целом архитектура этих домов носит переходный характер. В отличие от радикально порвавших с архитектурой прошлого конструктивистских жилмассивов, выстроенных по проектам мастерской Г. А. Симонова на рубеже 1920–1930-х годов, эти здания скорее умеренно консервативны. В них чувствуется характерная для середины 1920-х годов тема резкого упрощения и переработки мотивов традиционной архитектуры, превращения привычной формы в лаконичный, почти абстрактный знак. В некотором смысле, подобная архитектура — дальнейшее развитие линии рационализма и модернизированной неоклассики, которую начали ещё в 1910-е годы такие петербургские архитекторы, как И. А. Фомин, О. Р. Мунц и другие.
     Напротив жилмассива на улице Ткачей по проекту Г. А. Симонова было построено примечательное своим деловым обликом здание школы, обогатившее объёмно-пространственную среду.
      К первым жилым массивам относится также комплекс из шести домов (Рабфаковская улица, 1-й Рабфаковский переулок), построенных для рабочих завода «Большевик» на так называемом Троицком поле — в районе, который лишь после революции вошёл в городскую черту. Это был первый этап преобразования большой территории, осуществлённый в 1925–1926 годах по проекту мастерской, возглавляемой Г. А. Симоновым. Строительство велось товариществами на паях, то есть будущие обитатели домов вкладывали деньги в своё жильё непосредственно в процессе его возведения. Среди пайщиков рабочего строительства было много профессиональных строителей — рабочих, десятников, руководителей подрядных и смежных организаций. Этот жилмассив — пример воспетого Маяковским конструктивизма, призванного, по мнению поэта, организовать жизнь на рациональных, гуманных началах. Облик домов определяют не детали времён эклектики, а пропорции и нюансы в трактовке плоскостей и форм. Это принципиально новая, рождённая эпохой, эстетика. Окончательное завершение работ по формированию обширной территории на Троицком поле относится уже к первым послевоенным десятилетиям, когда были сооружены пятиэтажные жилые дома и проложены улицы Запорожская и Грибакиных.
Крупный жилой массив, вероятно предназначавшийся для рабочих фарфорового завода, был спроектирован в мастерской Г. А. Симонова и реализован в конце 1920-х – начале 1930-х годов. Он занимает участок у Фарфоровской улицы и частично выходит на улицу Бабушкина. Наиболее примечателен в нём протяжённый многосекционный жилой дом, имеющий длину более 200 метров и плавно изогнутый по дуге. Горожане прозвали его «колбасой». Этот самый длинный на тот момент ленинградский дом получил всего лишь одну проходную арку-подворотню. Сложно решённый входной узел ориентирован строго по оси второй части застройки массива, образующей симметричное каре, раскрытое к Фарфоровской улице. Подобные подворотни с закруглёнными в плане лестничными клетками или дворницкими с одной стороны и парой квадратных столбов с другой — своеобразная визитная карточка мастерской Г. А. Симонова: их можно встретить почти во всех жилых массивах, выстроенных в Ленинграде по проектам мастерской. Изначально стены здания были оштукатурены лишь частично. Фасады, выполненные из облицовочного кирпича, были расчерчены на отдельные плоскости, часть из которых имела ребристую поверхность. Такая пластическая разработка достигалась выносом каждого второго ряда кирпичей на отдельных участках стен из общей плоскости кладки на половину кирпичного модуля.
    Ещё один интересный жилмассив расположен на правом берегу Невы — это городок «Свет рабочим», построенный в 1926–1933 годах для работников 5-й ГЭС «Красный Октябрь» (бывшая «Уткина Заводь»). Проектированием грандиозной торфяной электростанции ещё с дореволюционных времён занимался А. А. Оль. Мастерская под его руководством также разрабатывала различные объекты энергетического хозяйства и инфраструктуры: подстанции, трансформаторные будки, жильё для рабочих-энергетиков. Авторы жилмассива — Г. Д. Гримм и В. А. Альванг — архитекторы, которые принимали участие в разработке целого ряда проектов А. А. Оля. Они помогали ему в личной мастерской ещё до революции, в качестве чертёжников и архитекторов-разработчиков сотрудничали с его близким другом — знаменитым архитектором Ф. И. Лидвалем.
    В архитектурном облике жилого городка 5-й ГЭС просматриваются узнаваемые черты школы дореволюционной петербургской архитектуры. В этих зданиях отчётливо чувствуется добротность и «породистость», присущие архитектуре царского Петербурга. Рисунок немногочисленных деталей, очертания крыш и балконов определённо отсылают к образам консервативного дореволюционного зодчества. В то же время уже заметна попытка использовать актуальную для 1920-х годов тему контрастной окраски стен цветными лентами, которая не раз встречается в ленинградских жилых массивах эпохи авангарда. Ритмичная активная колеровка совместно с введением угловых балконов и рядом других элементов явно указывают на стремление авторов использовать авангардный приём: скрестить консервативный язык традиционалистской архитектуры «лидвалевского» вкуса со злободневными мотивами раннемодернистской архитектуры.